Анонс журнала «Культура и время» № 67, 2025. Вышел в свет пятый том писем Николая Константиновича Рериха. "Беспредельность. Картины художника Олега Высоцкого. (Фильм "Возвращение"). О Юрии Николаевиче Рерихе. «Сила в Правде»(видео). Разрушение общественного музея имени Рериха. Новости буддизма в Санкт-Петербурге. Благотворительный фонд помощи бездомным животным. «Музей, который потеряла Россия». Виртуальный тур по залам Общественного музея им. Н.К. Рериха. Вся правда о Международном Центре Рерихов, его культурно-просветительской деятельности и достижениях. Фотохроника погрома общественного Музея имени Н.К. Рериха.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Мистер Эглинтон и «Кут Хуми». Уильям Эглинтон


[Перепечатано из «Света» (Лондон), 30-е января 1886-го года, стр. 50-51.]

 

Уильям Эглинтон


 

 

Перевод с английского Куражов А.П.

 

 

Уважаемый сэр!

 

Моё внимание привлекло письмо «Искателя истины» в вашем последнем выпуске, и ради тех, кто, возможно, недостаточно осведомлён о подробностях «случая на«Веге»», я хотел бы кратко рассказать о них, прежде чем изложить свои окончательные выводы по этому вопросу. Двадцать второго марта 1882-го года я был в море, отплыв от Цейлона около 6 часов вечера того же дня. Я занял каюту на палубе в носовой части корабля под мостиком, которую мне любезно предоставил один из офицеров. Примерно в десять часов я находился в этой каюте и стоя спиной к открытой двери раздевался, готовясь ко сну на палубе. Обернувшись, чтобы выйти, я увидел, что мне преграждает путь человек, которого я сначала принял за китмагхура (khitmaghur), или местного дворецкого. Полагая, что он пришёл с каким-то сообщением, я ожидал, что он что-то скажет, но поскольку он этого не сделал, я, сочтя его поведение дерзким из-за того, что он не попросил разрешения войти и не проявил должного уважения к европейцам, сердито велел ему убираться на хиндустани; после этого он вошёл в каюту, и прежде, чем я успел оправиться от изумления, схватил меня за правую руку и пожал её как мастер-масон1. Я попросил его объяснить, зачем он ко мне явился и с каким делом. Говоря на безупречном английском, он степенно представился мне как «Кут Хуми Лал Сингх», и в тот момент я был настолько глубоко впечатлён его внешностью, знанием масонства и утверждением, что он действительно тот человек, мистик или адепт, о котором я так много слышал во время своего пребывания в Индии, что без колебаний принял его за такового. Затем у нас состоялся довольно долгий разговор, который не имел особого значения ни для кого, кроме меня, но из него я сделал вывод, что он был хорошо знаком как со Спиритическим, так и с Теософским движениями, а также с моими друзьями в Индии. Он был во всех отношениях умным человеком, прекрасно сложенным и ничем не отличавшимся, по крайней мере внешне, от тысяч местных жителей, которых можно увидеть на Востоке. И это не было галлюцинацией, поскольку я находился в здравом уме и твёрдой памяти, а то, что это не было субъективным видением, доказывает его рукопожатие и несомненно материальный облик.

 

Какая-то мелочь – возможно, это была уловка моего посетителя – на мгновение отвлекла от него моё внимание, потому что я его резко критиковал, и когда я снова повернул голову, его уже не было! Сделав два шага, я оказался у открытой двери, откуда мог видеть носовую и кормовую палубы, но не заметил никого, кто бы уходил, хотя за это время ни одно живое существо не ускользнуло бы от моего взгляда. На следующий день я обыскал весь корабль и даже спустился в туннель гребного вала, чтобы найти человека, похожего на виденного мной прошлой ночью, но так и не нашёл ни малейшей зацепки, чтобы установить его личность, хотя в то время я допускал возможность того, что некий человек был специально приглашён на борт корабля на Цейлоне, чтобы меня обмануть. Но чем больше я размышлял, тем труднее мне было принять эту гипотезу, и через два дня после этого я написал поспешное и восторженное письмо, которое появилось в книге «Оккультный мир» (стр. 133). Из него видно, что «Кут Хуми» пообещал передать моё письмо миссис Гордон в Хауру, если я напишу его, находясь на борту корабля, о чём мне стало известно от полковника Гордона, который прислал свой полицейский катер с посланием такого содержания, когда я находился на реке Хугли. Я подумал, что поскольку увидел эту «фигуру», то это хорошая возможность сообщить новость предложенным способом, и написал, что, по моему глубокому убеждению, человек, которого я видел, являлся ни кем иным, как Великим Учителем, перед которым преклоняются благочестивые и трепещут скептики. Написав письмо из практических соображений (что, позвольте заметить, продиктовано всем моим опытом в спиритизме), я вышел на палубу и, зная, что на борту корабля находится некая леди, сильно интересующаяся психическими феноменами, я прочитал ей письмо и в качестве небольшой проверки предложил ей пометить конверт, отправляющийся от нас к тем, кто находится «на другом конце линии». Она согласилась.

 

Вернувшись в курительную комнату, я рассказал своим попутчикам о том, что сделал, после чего один джентльмен, представившийся теософом и знакомым мадам Блаватской, спросил, почему, если я могу отправить это письмо, он не может сделать то же самое? Я не увидел никаких возражений против этого, и он тут же написал короткую записку, которую, как я знал из многолетнего опыта, необходимо было вложить в мой конверт, поскольку один пакет мог быть перенесён, а два уже нет. Поступив опрометчиво, как теперь мне кажется, я открыл конверт, вложил оба письма в другой и решил снова попросить вышеупомянутую леди его пометить. В тот момент на палубе её не оказалось, поэтому я вернулся в курительную комнату, и, упомянув об этом деле собравшимся, один из них сказал: «Поставьте крестик», другой заметил: «Добавьте второй», а третий пожелал поставить ещё один. Каждый раз, когда кто-то говорил, я добавлял крестик, пока их не стало три. Затем я взял конверт, положил его в свою пишущую шкатулку с замком Брама2 и поставил её (шкатулку) на полку в своей каюте. Я периодически открывал шкатулку, чтобы проверить, на месте ли конверт, и, насколько я помню, в последний раз видел его около четырёх часов дня, потому что, когда я снова заглянул в шкатулку перед ужином, конверта уже не было. В восемь часов вечера того же дня в присутствии полковника Олькотта, полковника Гордона и его супруги с потолка спальни, которую я занимал во время пребывания в Хауре, упал конверт, помеченный тремя крестиками и содержащий моё письмо, как и было обещано. С первым джентльменом я никогда не встречался, а с мадам Блаватской – лишь однажды, и то на одном из моих обычных спиритических сеансов. Мне не удалось проверить, действительно ли это письмо было написано моим почерком, но я полагаю, что оно было моим в силу использования в нём стиля, похожего на мой, и к тому же миссис Гордон была хорошо знакома с моим почерком.

 

Мои более зрелые выводы, сделанные, кстати, задолго до (как прекрасно известно многим моим друзьям) «Краха Кут Хуми» о «появлении» и пересылке этого письма таковы: (1) возможно, увиденная мной фигура была спонтанной материализацией необычного характера, хотя я не испытывал никакой усталости, и нет причин, по которым это не могло быть «разумом» или «духом» того, кто продублировал себя под именем «Кут Хуми» (мы знаем, что тщеславие не полностью искоренено у тех, кто достиг высшей жизни, о чем свидетельствует большое количество сообщений, якобы исходящих от Шекспира и других!); (2) что письмо вполне могло быть доставлено в Индию духовным посредником без вмешательства «астральной» помощи Гималайского Адепта, поскольку по меньшей мере тридцать или сорок писем были доставлены аналогичным образом из Англии в Индию и обратно во время моего пребывания в Индии.

 

Здесь я хотел бы отметить, что Психическое Общество, возможно, и удовлетворительно объяснило себе некоторые феномены, происходившие при посредничестве Мадам Блаватской, но оно никоим образом не объяснило чудесные проявления, которые происходили в её присутствии в Нью-Йорке и других местах Америки и которые, по крайней мере, на мой взгляд, неопровержимо доказывают, что она обладает весьма значительными сверхпсихическими способностями.

 

 

Я превысил объем, отведённый для ответа на вопрос «Искателя истины», но привёл все подробности, чтобы эти точные факты могли быть (впервые) зафиксированы. В то же время, я надеюсь, что моё пошатнувшееся здоровье послужит достаточным оправданием моего отказа от участия в полемике по прошествии столь долгого времени с момента вышеописанных событий.

 

С уважением, ваш покорный слуга,

У. ЭГЛИНТОН.

В[естминстер], Ноттингем-плейс, 6.

 

Примечания переводчика:

1– Мастер-масон – это член масонской ложи, достигший третьей степени посвящения в символическом масонстве.

2– Bramah-locked writing-case – это пишущая шкатулка или ящик для хранения письменных принадлежностей, оснащённый замком конструкции Джозефа Брама (Joseph Bramah).

 

 

04.05.2026 07:12АВТОР: Уильям Эглинтон | ПРОСМОТРОВ: 107




КОММЕНТАРИИ (0)

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Осмысление трудов теософии. Статьи. Книги. »